back1.png

Юрка – легендарный герой предания верхне-вычегодских коми-зырян, которое бытует в селе Маджа Корткеросского района, что находится недалеко от Сыктывкара.

Сюжет о Юрке известен по литературной обработке поэта М. Лебедева, а также в записи писателя-фольклориста П. Доронина.

Центральные ситуации сюжета:

- Мирная жизнь Юрки до болезни на маджинском косогоре возле реки Вычегды: «Понадобится, скажем, Юрке в лес по дрова, возьмет он свой большущий топор, вырубит шестивершковую сухостойную конду во всю длину дерева, положит на плечо, несет домой. Понадобится рыбы наудить – вырубит в лесу семисаженную жердь для удилища. коса у Юрки саженная. А жил он холостой – для такого богатыря не находилось жены ни в Мадже, ни по всей верхней Эжве. Так жил юрка, трудился честно, промышлял охотой, своей силой не злоупотреблял…».

- Болезнь и порча Юрки, причины порчи – соседи не помогают больному и голодному Юрке, тот вынужден красть чужой скот, чтобы не умереть с голоду. «Вышел у юрки весь хлеб, других запасов тоже не оставалось… Пошел Юрка из своей избы, прихрамывая, доплелся кое-как до поскотины, ухватил в стаде одну овечку и унес к себе домой».

- Легкая добыча увлекла Юрку, он все больше привыкает к краже чужого скота: «Принялся он сначала воровать у своих соседей мелкий скот, а в скорости дошел и до крупного».

- Возмущенные соседи-община порешили расправиться с юркой, избавиться от него, если не силой, то хотя бы хитростью: «Уговорили старика-крестного позвать Юрку в гости, напоить, связать веревками руки-ноги и известить соседей, а там видно будет. Крестный долго не соглашался, он хорошо знал силу Юрки, знал, что в случае неудачи Юрка одним щелчком может размозжить ему череп…».

- Расправа с Юркой: «Принесли тогда соседи новые веревки, снова связали Юрку, да так крепко, что только одно лицо ему и оставили, всего укутали веревками… Решили утопить его в Маджинском озере. Притащили к озеру два жернова, перевезли к нему Юрку, вывезли на самую середину и привязали жернова к ногам.. Опрокинули мадженцы лодку с Юркой, а сами поскорее поплыли к берегу. Заволновалось озеро, приняв в свою пасть богатыря маджинского кэрэса».

Отрезвев от холодной воды. Юрка легко разорвал веревки и поплыл к берегу. Но, согласно одним вариантам, дочь Водяного-Васы увлекает богатыря в подводный мир, согласно другим – сам Юрка при виде крестного смиряется с участью.

«Если бы не крестный, не видать вам моей погибели!» – говорит он маджинца на прощание.

- Ритуальное обрядовое пиршество маджинцев после гибели Юрки: чтобы избежать мести умервщленного Юрки, маджинцы собирают с каждого двора по горсти муки, на берегу озера разводят большой священный костер и в большом священном котле варят обрядовую кашу, сообща поедают ее, произнося заклинание: «Не сердись на нас, могучий Юрка, мы на тебя тоже не сердимся!».

В энциклопедии «Мифология Коми» даются и другие подробности из жизни легендарного зырянского богатыря Юрки:

Юрка обладал необыкновенной силой: вырывал с корнем столетние сосны и играл ими, как щепками.

Сначала он мирно охотился в своих промысловых угодьях, но потом повадился грабить скот у своих соседей. Он хватал на пастбище корову или быка, взваливал на плечо и тащил к себе домой. Целого быка он съедал за один день.

По другим вариантам предания, Юрка похищал коров и овец или же предпочитал одних овец. Похищенное мясо он переносил в огромном мешке или пестере, а на вопросы встречных, что там, отвечал, что он несет домой грибы.

Отчаявшиеся от постоянной пропажи скота жители Маджи обратились за помощью к крестному отцу Юрки, их односельчанину. По совету крестного был произведен общественный сбор солода и муки и сварено крепкое пиво (сур). Крестный пригласил Юрку к себе в гости и напоил допьяна.

Тогда со всех сторон сбежались с веревками маджинцы, связали Юрку, погрузили в лодку, вывезли на середину озера и утопили.

Из других вариантов предания следует, что Юрка обладал определенной властью над водной стихией, и поэтому, чтобы его утопить, потребовалось привязать Юрке к шее огромный камень. И даже после этого он смог еще высунуть из воды руку и погрозить кулаком.

В вариантах, вместо камня были использованы два мельничных жернова.

После того, как Юрка утонул, все жители Маджи, как непосредственно участвовавшие в экзекуции, так и зрители, сварили котел каши и каждый съел по ложке, разделив этим грех за убийство на всех поровну.

После этого у маджинцев появилось прозвища «кашееды», «горшок каши» или «холодную кашу едящие», поскольку по одной из версий предания некоторые жители Маджи, не участвовавшие в казни, есть кашу не пришли, их приводили потом силой, когда каша уже остыла. Озеро, в котором утопили Юрку, получило его имя.

Из сниженных мифологических черт образа Юрки можно отметить его гиперболизированную силу, определенную власть над водной стихией, которая преодолевается с помощью мельничных жерновов (хлеб, все предметы, причастные к его изготовлению, а также хлебный нож и скатерть обладали той или иной долей сакральности), богатырский аппетит.

Превращение Юрки в злостного врага крестьянской общины путем перехода от мирной промысловой жизни к хищению скота сближает его образ с туном Ошлапей.

Возможно, речь идет о фольклорной реминисценции действительно происходивших некогда конфликтов между чисто промысловыми и промыслово-земледельческо-скотоводческими этническими группами на территории Коми края в период становления производящего хозяйства.

Особая роль крестного отца Юрки в его поимке и пленении связана с чрезвычайно высоким статусом крестных в иерархии семейно-брачных отношений и в традиционном мировоззрении коми-зырян (выше даже, чем у настоящих родителей).

Чрезвычайно близок к образу Юрки образ другого верхневычегодского фольклорного героя - Гулень. Он также живет один вне поселения, похищает скот, его пленяют у крестной матери, топят в реке с помощью жерновов, после его смерти едят ритуальную кашу.

А сюжет о том, что Юрка был злостным похитителем скота, сближает его с образом Ошлапея (пер. медвежелапый), колдуном, героем коми-зырянского предания о Стефане Пермском.

.

Источники:

Игнатов В. Г. Легенды и сказания народа коми: альбом репродукций / сост. М. П. Свириденков; текст А. К. Микушев. – Сыктывкар: Коми кн. изд-во, 1985. – 1 папка (48 отд. л.). Взять альбом в библиотеке

Лебедев М. Н. Бöрйöм гижöдъяс / М. Н. Лебедев; ред. И. Подоров; серпасалic М. Безносов. – Сыктывкар: Коми госиздат, 1940. – 318, [1] л. б. – На коми яз. – Избранные произведения. Взять книгу в библиотеке

Из содерж.: Юрка. 225-231 лист бокъяс.

Мифология Коми. – Москва - Сыктывкар: ДИК, 1999. – 480 с.: ил., карт. Взять книгу в библиотеке

Му пуксьöм: коми войтырлöн мифология / лöсьöдiс, коми кыв вылö вуджöдiс П. Ф. Лимеров; серпасалic А. В. Мошев. – Сыктывкар: Коми небöг лэдзанiн, 2005. – 622, [2] л. б.: серпас. – На коми, рус. яз. – Пер. загл.: Сотворение мира. Взять книгу в библиотеке

.

Иллюстрации из альбома:

Мошев А. В. Мифология народа Коми в графике А. В. Мошева = А. В. Мошевлöн графикаын коми войтырлöн мифология: [альбом] / А. В. Мошев;  сост. О. К. Панкрушева. – Сыктывкар: Анбур, 2008. – 1 папка (43 отд. л.) Взять альбом в библиотеке

В альбом вошли 43 несброшюрованные цветные репродукции оригинальной графики художника. Под каждой репродукцией текст на русском и коми языках, представляющий миф, легенду или предание из сборника "Сотворение мира. Мифология народа коми"(Сыктывкар, 2005, авт.-сост. П. Ф. Лимеров).